Смоленск: «Невинная» шалость »

http://www.rabochy-put.ru - Добавил vodovo в категорию Pазное

Убойная смесь алкоголя и любви нередко дает взрывной эффект. Нет, здесь была не любовь… Женская солидарность и дружба. «Добро» с кулаками, щедро замешенное на пиве.

То, что сотворили с шестнадцатилетней девчушкой ее подруги, ужаснуло одно из профессиональных училищ Смоленска…

Девочка плачет…

В коридоре общаги, прислонившись к стене, на корточках сидела девчонка. Худенькие плечики вздрагивали от готовых прорваться наружу рыданий. «Эй, подруга, чего ноешь?» Девушка подняла заплаканное лицо в разводах туши, попыталась улыбнуться. «Вставай!» - Анна протянула крепкую, по-мальчишечьи жилистую руку, помогла подняться. - «Будешь говорить, нет?». Олеся, хлюпая носом, мотала головой.

Аня недовольно поморщилась. «Опять у тебя проблемы с Люськой…».

И тут Олесю прорвало: «Ань, мы в душе мылись, а Людка меня на телефон сфоткала. А потом в группе показала фото своей соседке и Толику, он рядом сидел. Ну, там не видно ничего было, силуэт фигуры и пар…

«Пора кончать гадину!» - взвилась Анна, сбив костяшки пальцев о стену.

«Аня, она удалила снимок. Но все равно обидно!» - «Не переживай. Разберемся».

Маленькая «дрянь» с большим сердцем

«Пэтэушницы» Анна Короткова и Олеся Филонова подругами не были.

Тихая, безвольная Олеся карикатурно выглядела на фоне своенравной и разбитной Анюты. Короткова плевать хотела на учебу! Вырвавшись из Богом забытой деревни, затерявшейся под Красным, двадцатилетняя Анюта брала от жизни все. Пила, кутила, бранилась почем зря, пропускала занятия. Даже загремела в ноябре 2011 года в наркологичку с диагнозом «острая алкогольная интоксикация». Девушку поставили на диспансерный учет, и неуправляемой бунтарке пришлось в течение года наблюдаться в Смоленском областном наркодиспансере. Впрочем, расставаться с "зеленым змием" Короткова категорически не желала, хоть у нее и хватало ума не появляться в нетрезвом состоянии на занятиях.

Характерец у Анны был еще тот! Настоящий мужик в юбке. «Бой-баба» быстро завоевала в группе позицию неформального лидера и крепко стояла на своих двоих, держа однокашников в кулаке. И ее уважали! В каждом из нас намешено и черного, и белого. Была у Анюты черта, которая выделяла ее из толпы. Все знали о том, что Коротковой присуще обостренное чувство справедливости – она с радостью приняла участие в акции «Помоги сиротам» и ухаживала за больными детьми. И подружек заразила волонтерством!

Что же связывало столь непохожих друг на друга девиц, серую мышку Филонову и «зажигалку» Короткову?

Девчонки родились в одной деревне. Едва Олеся подала документы в училище, Анна, насупив брови, бросила землячке: «У меня на большой город иммунитет, а ты пропадешь, не выкарабкаешься из грязного водоворота. Так и знай – буду за тобой приглядывать!». Сказала – как отрезала. Да еще и матери Филоновой слово дала, что забитая, несмышленая Олеська будет за ней, как за каменной стеной. Олеся побаивалась Короткову. Та не раз давала ей взбучку за невыученный урок или поздний приход в общежитие. И однажды даже избила ремнем, когда застала девчушку в компании ребят: «Рано тебе хвостом крутить, пока восемнадцать не стукнет. Сопли подотри, дура. Им от нас только одно и нужно. Я-то знаю!»

Не сошлись характерами

Шестнадцатилетняя Людмила Тимошенко и сама не могла понять, отчего невзлюбила робкую Филонову. Дети, они и есть дети: забирай свои игрушки и вали из моей песочницы! Не нравишься ты мне. Вот и все объяснение.

Нет, девочки не скандалили и не устраивали разборок. Просто иногда Люда позволяла себе высказать «фи» по поводу Олесиной манеры держаться, выражать мысли, да и одевалась Филонова бедно. Одно слово: деревенщина!

Но удержаться от шпилек в адрес Олеси не могла, хотя при этом прекрасно знала – за хрупкими плечиками невзрачной деревенской девчонки маячит грозная фигура Коротковой. Филонова на жизнь «подруге» не жаловалась, но Тимошенко решила судьбу не гневить и попросила воспитателей разрешить ей перебраться в другую комнату. Подружки были рады, да вот беда – Люда не успела забрать все свои вещи из комнатенки, где обитала Филонова. А к той частенько наведывалась Короткова...

Посеешь ветер раздора – пожнешь бурю. Однажды утром девчонки пошли в душ, и Тимошенко, балуясь, щелкнула Филонову на камеру сотового телефона. Снимок получился размытым – и не поймешь, кого застали в неловкий момент, сколько не приглядывайся! Однако Люся похвасталась в группе, что «подловила» противную Олеську в душе и даже показала фото своей соседке. «Компромат» удалила – Тимошенко не хотелось огрести оплеух от Коротковой. Вдруг узнает?!

Опасения подтвердились.

Бойня

3 октября 2012 года Люся решила окончательно «порвать» с нехорошей комнатой. Около полуночи поднялась на третий этаж забрать вещи и зарядку от сотового. Филонова мирно сопела на соседней кровати. Искать зарядное устройство в полутьме было не с руки, пришлось включить свет. Не прошло и пятнадцати минут, как в дверь постучали. «Кто?» - «Быстро открывай!» - проревел в коридоре голос, чью обладательницу Тимошенко смертельно боялась. Дверь затряслась от ударов. Люся открыла…

В комнату ворвались пятеро. Короткова схватила Люсю за плечо, скомандовала: «Раздевайся!» Тимошенко задохнулась от удушливой волны перегара… Анюта толкнула девчонку. Та упала на кровать... Короткова села на Люсю верхом и начала из всех сил бить по лицу. Тимошенко попыталась отбиться, тогда Анна заорала: «Что стоите?! Не видите, какая с..ка попалась, помогите мне с ней справиться!»

Испуганные девчонки подчинились беспрекословно (они догадывались, что легко могут оказаться на месте Тимошенко – Анюта вошла в раж) и схватили Людмилу за руки и ноги. Ира Васильева даже попыталась прикрыть жертве рот, - та истошно вопила, - но Люся укусила ее палец. И сразу же схлопотала удар в нос. Девочку стащили на пол…

Она потеряла сознание, ударившись виском о тумбочку. Короткова продолжила трамбовать поверженного врага, Ира Васильева и Юля Бутко – держать несчастную за руки. «Я хочу тишины», - выдохнула Анна и залепила скотчем глаза и рот Тимошенко. Пришедшая в себя Люся снова провалилась в темноту…

Очнулась от ударов, градом сыпавшихся на голову, и льющейся сверху воды. Жертве женской агрессии удалось содрать скотч с глаз, но от этого лучше не стало. Короткова изо всех сил лупила ее кулаками в грудь. Сквозь забытье, избавившее Люсю от боли, она слышала хриплое дыхание Анюты и короткий приказ: «Разденьте ее! Не хотите? Сама справлюсь!»

Людмила пришла в себя, лежа на грязном полу в коридоре в носочках. Голая! Колени саднило, голова кружилась, тошнило…

Сквозь звон крови в ушах услышала фразу, брошенную со смешком: «Идите смотреть шоу!» Устроившие бойню девчонки бросились врассыпную – по коридору шел воспитатель.

Плачущая Люся отказалась от помощи мужчины, вползла в комнату, закуталась в халат. Ее лихорадило, лицо превратилось в сплошную кровавую гематому.

Воспитатель вызвал «скорую», в комнату вбежала комендант общежития…

Филонова упорно молчала. Она ничего не видела!

Из показаний врача выездной бригады скорой медицинской помощи Виктора Тиукова:

«3 октября 2012 года в 01 час 25 минут я получил вызов. В 01 час 45 минут в комнате общежития увидел пострадавшую, которая находилась в сознании, сидела на кровати в носках. Нижнего белья на ней не было. У девушки дрожали руки, лицо – заплаканное. Девочка жаловалась на сильную головную боль, головокружение, боли в области носа и грудной клетке, слабость. Диагноз после осмотра: сотрясение головного мозга, ушибы и ссадины кожных покровов. Доставлена в областную клиническую больницу в сопровождении подруг. О случившемся сразу же сообщил в правоохранительные органы».

Похмелье

Анна Короткова полностью осознала свою вину и раскаялась. Похмелье оказалось предельно горьким: эта развязная девушка, готовая кулаками отстаивать «справедливость» и защищать «униженных и оскорбленных», едва вступившая во взрослую жизнь, поставила крест на своей репутации.

11 июня 2013 года Федеральный суд Промышленного района г. Смоленска признал Анну виновной в совершении преступлений, предусмотренных ст. 115 ч.1, и ч.1 ст. 150 УК РФ и приговорил к одному году лишения свободы (условно) с требованием взыскать с Коротковой 20 тысяч рублей в пользу избитой Тимошенко.

У суда не осталось сомнений в том, что Анна заранее спланировала избиение Люси и умышленно вовлекла в преступление несовершеннолетних. Она знала о том, что ее подельницы (в первую очередь, Ира Васильева, девочка из неблагополучной семьи, которая помогала избивать Тимошенко, и Юля Бутко), не достигли восемнадцати лет...

- Я поражена, откуда в наших детях столько агрессии и злобы, - говорит гособвинитель, старший помощник прокурора Промышленного района Надежда Завьялова, уполномоченная прокурором осуществлять надзор за исполнением законодательства о противодействии коррупции. – Раньше такого не было… Если и случалось, то крайне редко. Создается полное впечатление, что девочки абсолютно не понимают - подобные «невинные» шалости могут привести к тяжелейшим последствиям, сломать жизнь человеку…

Жизнь Люси Тимошенко действительно изменилась. Ей пришлось расстаться с мечтой о профессии повара и вернуться в родной поселок залечивать душевную травму. Удастся ли ей восстановиться, залечить «шрамы», забыв о перенесенном унижении?..

Имена и фамилии действующих лиц изменены.



Анастасия Петракова

Рабочий путь
Самые свежие новости Смоленска в нашей группе на Одноклассниках

Читайте также

Добавить комментарий

Войдите, чтобы комментировать или зарегистрируйтесь здесь