Сергей Антуфьев: «Я не переживаю за то, что у нас бюджет сегодня дефицитный»

http://www.rbcdaily.ru - Добавил asistent 3688 дней назад в категорию Политика

СЕРГЕЙ АНТУФЬЕВ не стесняется брать пример с соседней Калужской области, с которой часто сравнивают его Смоленщину. При случае он даже собирается спросить у своего коллеги Анатолия Артамонова, действительно ли тот раздает инвесторам номер своего мобильного телефона. В интервью корреспонденту РБК daily ДМИТРИЮ КОПТЮБЕНКО губернатор рассказал, как отразится скандал с главой администрации Смоленска на результатах выборов в Госдуму, как ему удалось увеличить объем инвестиций в регион по сравнению с докризисным уровнем, и пообещал подумать над введением должности инвестиционного омбудс­мена.



АРГУМЕНТЫ ДЛЯ ИЗБИРАТЕЛЯ



— Этой осенью ваша область упоминается в новостях прежде всего в связи с предъявлением обвинения в мошенничестве главе администрации Смоленска. Каково отношение и что в связи с этим предпринимает администрация региона?



— Когда что-то подобное случается, все время задают вопрос: кто виноват? Я всегда отвечаю: я же им свою голову не могу приставить. Очень трудно порой заглянуть в душу человека, понять, что им двигало, когда он принимал такое решение. Внешне никаких причин подозревать Лазарева в совершении преступления, ведь суд пока не состоялся, не было. Я всегда считал, что он человек системный, организованный, с внушающей доверие биографией. Он же полковник пограничных войск, возглавлял пограничную службу на Дальнем Востоке, у него была хорошая служебная карьера. Должно быть, человек посчитал, что правосудие его не коснется. Этот случай неприятен еще и потому, что его предшественник закончил так же печально. Наверное, это характеризует сегодняшнее состояние нашего общества. Почему-то ослаб элементарный страх перед законом, появилась легкость в оценке своих поступков со стороны многих власть имущих. У меня такое ощущение, что это какая-то эпидемия. К сожалению, это характеризует не только Смоленск, но и целый ряд других городов и районов страны.



— На ваш взгляд, подобных случаев легче избегать, если глава города является назначенным сити-менеджером или избранным мэром?



— Мне сложно ответить на этот вопрос, потому что у нас избранный мэр получил срок за злоупотребление должностными полномочиями и понуждение к получению взятки, а назначенный сити-менеджер подозревается сейчас в превышении полномочий с целью обогащения. Но если все-таки говорить об эффективности управления городским хозяйством, то я отдаю предпочтение сити-менеджеру. Когда мы говорим о всенародных выборах мэра, можно получить главой города в большей степени популиста, публичного человека. Я же считаю, что мэр города — это прежде всего хозяйственник, который умеет принимать решения в сфере экономики, городской инфраструктуры и т.д. Причем при его назначении проще определить его компетентность, ведь депутаты городского совета, комиссия, которая проводит конкурсный отбор, могут задать целый ряд вопросов, касающихся видения кандидата на должность сити-менеджера, как бы он управлял хозяйством.



— В вашем регионе ситуация усугубляется еще и тем, что скандал произошел в преддверии выборов в Госдуму. На ваш взгляд, как это повлияет на предпочтения избирателей?



— Думаю, что народ в регионе, в том числе в Смоленске, будет голосовать, учитывая конкретные дела в городе, а не основываясь на оценке действий Лазарева как сити-менеджера. Сейчас мы начали отопительный сезон, до конца октября завершим программы по тем проектам по благоустройству, которые были начаты в этом году, в том числе вводим в строй новый детский сад, строим объекты к 1150-летию Смоленска. Эту работу мы и предъявим жителям областного центра, и люди оценят, что изменилась ситуация на дорогах, обновились фасады, город стал красивее. Вот подземный переход открыли в центральной части города, где были проблемы.



— Вы один из немногих губернаторов, кто не возглавил список «Единой России» на выборах. По каким причинам?



— Это говорит о многообразии тактики избирательной кампании «Единой России». Обратите внимание, что тридцать с чем-то губернаторов не возглавили списки партии, в ряде регионов их возглавили члены правительства, где-то — депутаты Госдумы. Такого шаблона, как раньше, что губернатор — это паровоз, а если не паровоз, значит, в регионе не все благополучно, — теперь нет. По социологическим замерам — и нашим, и федеральным — у нас ситуация (стучит по столу) вполне.



— В цифрах это сколько?



— Диапазон поддержки «Единой России» — от 38 до 45%. Я сравниваю это с другими регионами и вижу, что ситуация рабочая. Конечно, хотелось бы видеть, чтобы уже сегодня рейтинг партии был выше 50%. Но мы понимаем, что избиратель сейчас предъявляет иные требования к партии. Он в первую очередь будет голосовать за реальные дела.



— Не боитесь, что федеральный центр не погладит по голове за цифры ниже 50%?



— Нужно понимать, что я сейчас говорю о готовности людей проголосовать за «Единую Россию» на начало октября. Избирательная кампания официально начинается 4 ноября, и так называемые избирательные технологии позволят эти цифры изменить, я надеюсь, в лучшую сторону. Если проанализировать любую предыдущую избирательную кампанию, в том числе депутатов Госдумы, замеры, которые проводились на период до начала активной кампании, и те цифры, которые мы получали на выходе, всегда отличались. Хорошо выстроенная кампания, удачные решения, в том числе политтехнологические, могут весомо добавить к рейтингу партии в регионе.



ФИЛОСОФИЯ ДЕФИЦИТА



— В этом году регион переходит на трехлетнее бюджетное планирование. Что для вас меняется в связи с этим?



— Безусловно, это совсем новый алгоритм действий. Главный плюс в том, что мы можем теперь, работая с инвесторами, говорить им о том, какие мы закладываем суммы по поддержке инвестиций на несколько лет. Мы не ограничиваемся уже информацией, что, скажем, в 2012 году мы заложили на поддержку инвестиционной деятельности условно 120 млн руб. Теперь я могу говорить: в 2013 году будет такая сумма, в 2014-м — такая. Когда ко мне приходит потенциальный инвестор и спрашивает, не изменю ли я политику по тому или иному вопросу, я отвечаю: нет, потому что цифры уже зафиксированы.



— А какова динамика прихода инвесторов в регион?



— Не хочу сглазить. Если в 2008 году мы получили где-то 37 млрд руб. инвестиций, то в этом году ожидаем уже 53 млрд руб.



— За счет чего?



— Я лично считаю, что во многом это из-за того, что мы меняем инвестиционный климат. Во-первых, область участвует во всех важных инвестиционных форумах — и в Москве, и в Сочи, и в Санкт-Петербурге. Мы проводим презентации инвестиционного потенциала в посольствах, выезжали за последние три года в Финляндию, Польшу, Германию, Францию. Ну и главное — мы приняли ряд региональных законов по поддержке инвестиционной деятельности. Они допускают преференции, например освобождение от налога на имущество, которое создается либо приобретается для инвестиционного проекта. Мы имеем право снизить налог на прибыль в части прибыли, которая зачисляется в наш бюджет, на 4,5%. Наша законодательно закрепленная политика позволяет уменьшить налог на имущество в диапазоне 0,5—2%. Имеем право предоставить налоговые преференции по земельному налогу. И что немаловажно, мы субсидируем процентную ставку по кредитам, которые привлекаются под инвестиционные проекты, до 2/3 ставки рефинансирования. Сегодня этот инструментарий срабатывает.



— Во сколько обходятся бюджету эти послабления?



— Наши налоговые послабления перекрываются поступлением как налога на прибыль, так и НДФЛ. За десять месяцев этого года мы получили налог на прибыль больше к уровню прошлого года на 1,1 млрд руб.



— Именно на это вы рассчитываете, когда закладываете снижение дефицита бюджета в 2014 году по сравнению с 2012-м с 15 до 10%?



— Конечно. Сегодня на территории области у нас реализуется 30 инвестиционных проектов. В том числе восемь — в агропромышленном хозяйстве, остальные — в лесном хозяйстве, в сфере транспорта. Я рассчитываю, что их реализация даст нам прирост рабочих мест, валового внутреннего продукта и доходов бюджета. Мы планируем региональный валовый продукт в этом году в размере 173 млрд руб., а в 2014 году должны выйти на 252 млрд руб. В конечном счете это позволит нам изменить характеристики бюджета. Вообще я не переживаю за то, что у нас бюджет сегодня дефицитный, потому что те затраты, которые мы себе позволяем для ускорения социально-экономического развития региона, оправдают наши ожидания. Можно, конечно, сделать бюджет бездефицитным. Он, кстати, несколько лет назад в течение трех лет был бездефицитным. Но к сожалению, тогда не было серьезных инвестиционных проектов, не строились объекты социально-культурного значения, дороги не строились. Очень удобно объяснять свое бездействие отсутствием денег. Но мы держим, я считаю, предельный уровень дефицита, потому что Смоленской области надо решать много назревших проблем.



— Ну заработаете вы больше, а Минфин урежет вам трансферт из федерального центра, и будет бюджет региона почти таким же, как был. Не обидно?



— Философия быть вечно дотационным — удобная позиция. Но гораздо симпатичнее позиция, когда регион стремится быть как минимум самодостаточным. Регион должен выйти из разряда дотационных. Гораздо комфортнее работать в регионе недотационном.



— Агентство стратегических инициатив с подачи «Деловой России» обсуждает идею передачи регионам до 50% заработанных новых налогов. Как вы к ней относитесь?



— Это очень правильное предложение. Всегда гораздо выше вероятность получения эффекта, если есть прямая заинтересованность. Когда нет прямой заинтересованности, допустим, муниципального образования в том, чтобы на его территории реализовывался инвестиционный проект, оно не будет торопиться с оформлением земельного участка, не будет спешить помочь с подключением к энергосетям, инженерной инфраструктуре. А когда чиновник знает, что получит конкретный эффект от поддержки инвестора, мы сможем гораздо быстрее вылечить болезнь под названием «волокита, бюрократизм».



СМОЛЕНСКИЙ ПЕРЕКРЕСТОК



— В последнее время регионы увлеклись идеей брендинга. У всех на устах пример Калужской области, чей губернатор раздает мобильный телефон инвесторам, которые после этого решают обосноваться именно в его регионе. Какие усилия вы предпринимаете в этом направлении?



— Безусловно, пример нашего соседа — Калужской области — нас подстегивает к принятию решений. Мы позиционируем Смоленскую область как транзитный регион, очень удобный для формирования транспортно-логистических предприятий. Когда я выступаю на инвестиционных форумах, показываю такую схему (показывает карту российских регионов с центром в Смоленске). Вот так называемая дорога М1, Москва — Смоленск — Минск. С пуском на полную мощность нового порта в Усть-Луге может сформироваться новый транспортный коридор Север — Юг, который пройдет по территории Ленинградской, Псковской и Смоленской областей до Новороссийска. Это предложение я озвучил президенту Дмитрию Медведеву, премьер-министру Владимиру Путину, министру транспорта Игорю Левитину. Этот коридор почти на 300 км смещен от Москвы, от забитой под завязку Ленинградки. Перекресток получается в Смоленской области. При строительстве здесь современных интермодельных логистических предприятий мы сможем в любом направлении разворачивать товарные потоки.



— Это пока только в теории?



— Нет. Мы в начале будущего года под Красным уже получим логистический центр, который строит немецкая компания Rhenus Logistics. Мы за областные деньги под Смоленском в районе населенного пункта Стогна выкупили 92 га земли. На этой площадке есть железная дорога, она примыкает к автодороге М1, есть газ. Эту площадку мы предлагаем для строительства мощного транспортно-логистического кластера. Еще две такие площадки: одна в Вязьме на 240 га, другая в Рославле на 240 га. Мы идем путем, которым пошла Калужская область. Они ведь с чего начали? Взяли участок земли, к которому подвели автомобильную дорогу, газ, коммуникации. Мы в принципе перенимаем этот опыт и обустраиваем три площадки, понимая, что инвестор не придет на голую землю. Я много проводил переговоров с зарубежными инвесторами, их интерес проявляется в глазах и вопросах, когда ты говоришь, что есть земля, газ, возможность подключения к электроэнергии, транспортные коммуникации: автодорога, железная дорога, а еще лучше — и аэропорт. Поэтому мы сейчас еще занимаемся проектом по аэропорту.



— А прямой опыт не перенимаете: не раздаете телефон инвесторам?



— Нет. Я слышал об этом, но думал, может, это журналистский прием. Ну что значит, что губернатор раздаст свой телефон? Я, честно, хочу Анатолия Дмитриевича спросить лично, на самом ли деле он это делает. На самом деле я считаю, что достаточно коммуникации с департаментом экономического развития и инвестиционной политики. Я понимаю, должно быть, психологически очень важно для инвестора, что губернатор доступен. Я подумаю над этим. Но мне до сих пор казалось, что это больше пиар-ход. Когда инвестор хочет прийти в регион, он изучает ситуацию в нем, хочет получить первичную информацию. Не обязательно ее источником должен быть губернатор. Им могут быть специалисты, которые в этом направлении работают. У нас в администрации создана комиссия по рассмотрению инвестиционных проектов и есть конкретные люди, которые этим занимаются персонально. Каждодневно.



— Тем не менее регионы делают миллиардные заказы на улучшение имиджа. Такие траты вы рассматриваете как возможные?



— Я не готов сейчас к тому, чтобы позволить себе такие траты. У нас есть и другие инструменты раскрутки. Смоленск готовится к 1150-летию, есть информационная площадка. Смоленск продвигаем через участие в инвестиционных форумах. Но больше сегодня я позволить себе не могу. По крайней мере представляется, что у меня таких ресурсов нет, чтобы выделить в районе 1 млрд руб. на повышение имиджа региона. В первую очередь рост инвестиций в регион должен работать на имидж. Наша задача — присутствовать в медиапространстве, и мы идем для этого на определенные траты, но не на миллиард.



— Привлечением инвестиций у вас занимается только собственная команда? Не хотите привлечь «инвестиционный десант» консультантов со стороны?



— Мы используем разные способы заманивания инвесторов, в том числе активно используем советы Минэкономразвития, Минрегиона. Мои специалисты ездят и в Калугу, и в Белгородскую область. Мы не стесняемся, ведь, как говорится, не стыдно учиться — стыдно не знать. Уже четвертый год системно ездим по стране.



— На федеральном уровне появился инвестиционный омбудсмен — первый вице-премьер Игорь Шувалов. В Смоленской области есть такой институт?



— Такого пока нет. Я понимаю, о чем вы говорите. Хотя я думаю, чтобы решать проблемы привлечения инвестиций в регионе, его, этот институт, нужно использовать. Но для этого еще нужен исполнитель.



— Со следующего года в межбюджетных отношениях происходят определенные изменения. Например, финансирование полиции уходит на федеральный уровень, но у регионов отбирают поступления от акцизов...



— Как вы выразились, акцизы отбирают, но мы получаем средства дорожного фонда. На будущий год это 3,5 млрд руб. Это как раз средства акцизов.



— Вы в итоге в плюсе оказываетесь?



— Конечно. На сегодня я говорю, что мы будем в плюсе, что нам удастся увеличить расходы на дорожную сферу очень серьезно.



— Вы готовитесь к займу на открытом рынке на 1 млрд руб. Не собираетесь менять планы в связи со второй волной кризиса?



— Есть такая хорошая поговорка: помирать собирайся, но жито сей. Если постоянно жить в ожидании нового кризиса, можно расслабиться. Я считаю, что мы должны реализовывать свою экономическую политику, тем более что относительной второй волны кризиса существуют полярные точки зрения, особенно в среде наших российских ведущих экономистов. Мы слышим заявления на самом высоком уровне, что в России ситуация достаточно стабильная, в том числе с позиций подушек безопасности. Поэтому я сторонник того, чтобы свои экономические планы не менять. И облигационный заем мы будем осуществлять.
Самые свежие новости Смоленска на нашей странице в Вконтакте

Читайте также

Добавить комментарий

Войдите, чтобы комментировать или зарегистрируйтесь здесь