Смоленская область готовится отметить 100-летие революции

http://www.rabochy-put.ru - Добавил markus в категорию Pазное

Последние годы богаты на исторические юбилеи: 200-летие войны 1812 года, 100-летие Первой мировой, 70-летие Победы в Великой Отечественной… Логичной точкой в этой череде дат станет 2017 год, когда страна отметит 100-летие революции. О наследии царской России, перечеркнутой 1917 годом, - кладах, усадьбах и помещиках – мы поговорили с кандидатом исторических наук, преподавателем Смоленского государственного университета Демьяном ВАЛУЕВЫМ.
МИФЫ О ПОМЕЩИКАХ

- Демьян Валерьевич, а сколько дворянских усадеб насчитывалось на Смоленщине перед революцией?

- В Смоленской губернии перед октябрем 1917 года было 3 023 частновладельческих хозяйства с общей земельной площадью в 1 400 977 десятин.

- Неужели так много?

- В основном это были небольшие поместья. Ведь само дворянство после столыпинских реформ постепенно теряло контроль за землей. Понимаете, у нас существует определенный стереотип на этот счет - мол, все помещики были достойные люди, которых лишили способа существования, а потом уничтожили под корень. Этот миф не соответствует действительности.

Начнем с того, что основатель Советского государства - Владимир Ильич Ленин - дворянин. Да и другие тоже - Надежда Константиновна Крупская, Анатолий Васильевич Луначарский. Дело было в лояльности к советской власти. Вот если человека подозревали во враждебности, то у него возникали проблемы.

Вы наверняка слышали об академике Карееве, великом историке. У него в Сычевском уезде было поместье Аносово (ныне - Новодугинский район. - Прим. автора). Его семью выселили только в конце 20-х годов. А до этого Кареевы спокойно жили с крестьянами и страшили их: «Скоро все вернется!» Таких случаев было множество – помещики продолжали жить в своих имениях и после революции. А если не удавалось, они находили места при школах и больницах, там, где были востребованы грамотные специалисты.

Известен хрестоматийный случай. Один помещик, воевавший в деникинской армии, прислал своим крестьянам письмо: «Я наслышан, мужички, что вы мое поместье разорили. Что ж, так скажу: раз уж такая судьба, забирайте все, грабьте, мне ничего не жалко, все отдаю. Об одном только прошу: оставьте старую липовую аллею. Потому что когда я вернусь, то на этих липах вас вешать буду!»

С другой стороны, были ли готовы к этому переделу сами крестьяне? Волков-Муромцев, последний владелец Хмелиты, в мемуарах пишет: «Как прежде в Вязьме, мы и теперь жили лучше москвичей, потому что крестьяне из Хмелиты продолжали каким-то макаром обходить советский кордон вокруг Москвы и привозить кто муку, кто гречиху или ячменную крупу, сало и т. д.». То есть к ним относились как к прежним господам.

Хочу подчеркнуть: когда в партийных документах говорилось об уничтожении эксплуататорских классов, это совсем не означало их физической ликвидации. Речь шла о построении бесклассового общества. То есть человек, который включился в процесс строительства социализма, порвал связи со старым окружением, имел свое место среди строителей светлого будущего.

Жизнь бывших помещиков складывалась по-разному. Немало даже тех, кто сделал неплохую карьеру. В их числе ученый-почвовед Глинка или химик Энгельгардт. Они не подвергались никаким преследованиям. Так же как и Потемкины, Шереметевы, Нахимовы. Один из смоленских дворян, Николай Николаевич Ровинский, возглавлял наш университет в 20-е годы. Когда вуз преобразовывали в пединститут и мединститут, Ровинского, по сути дела, «ушли». Одна из причин - «неправильное» происхождение.
ПОД ЗНАМЕНЕМ СОВЕТСКОГО ЧЕЛОВЕКА

- И что с ним было дальше?

- Он оказался в Москве и стал ректором финансового института при Правительстве Советского Союза, получил орден Трудового Красного Знамени, выпустил несколько фундаментальных работ по советской экономике и скончался в 1953 году. Никаким репрессиям не подвергался.

Еще один пример - дворянин, помещик, профессор Александр Костюкевич. Фактически один из создателей нашего естественно-географического факультета. Выдающийся геолог, среди его учеников были замечательные ученые - Салов, Гуляев. Но в 1931 году Александру Власьевичу припомнили «неправильное» происхождение и подвергли травле.

Вина его была в том, что в своих лекциях ученый подчеркивал: для того чтобы стать хорошим специалистов, неважно, кто ты – дворянин или пролетарий. На Костюкевича написали донос, вызвали на общее собрание и заставили уйти из смоленского института. Он переехал в Москву, служил профессором Московского государственного университета и спокойно преподавал там до конца своих дней.

Однажды мне кто-то пафосно возразил: «Сколько же осталось помещиков? Два? Три?» Я ответил просто: «В 1990-м году в Москве создавали Российское дворянское общество. И туда, просто как мотыльки на свет лампы, стали стекаться люди. Откуда-то у нас взялось такое неимоверное количество дворян, просто уму непостижимо!

Я сам присутствовал на одном из заседаний и слушал этих людей. Они всерьез говорили о том, что хорошо бы принять закон, по которому им вернули бывшие земли». Но больше всего меня удивило другое: откуда они взялись, потомки дворян? Значит, их не истребили. Они где-то жили, работали на советских предприятиях, вступали в партию. У большинства все было как у всех.
ВОЗВРАЩЕНИЕ ЗА БОГАТСТВАМИ

- Если путешествовать по смоленским усадьбам и беседовать со старожилами, то тебе обязательно расскажут, что в войну потомки бывших помещиков появлялись в своих имениях, ходили по флигелям и дворцу, простукивали помещения, искали клады. Я долгое время считала это легендами, пока в архиве не обнаружила сентябрьский номер «Рабочего пути» за 1942 год, и оказывается, помещики действительно возвращались.

- Да, помещики приезжали в свои родные места с немецкой армией. Это могли быть не сами эмигранты, а их дети. Они рассчитывали получить обратно то, что потеряли. В этом, безусловно, был их просчет: у немецкой администрации были совершенно другие взгляды на этот счет. Они не собирались ничего никому отдавать. Все должно было работать на рейх.

Недалеко от Красного есть усадьба Маньково. Поместье достаточно интересное, но запущенное. Оно принадлежало семье Печковских. Это известный род, один из его представителей - знаменитый оперный певец советского времени. Так вот, когда немцы заняли Смоленскую область, Печковские приезжали в свое имение.

А что касается кладов, в большинстве случаев это, конечно, легенды. Но где-то их находили. Давайте говорить честно: какие такие несметные сокровища могли быть у мелкопоместных смоленских дворян? Великих ценностей не было. Мне говорили, что в Аполье долгое время искали клад в заброшенном доме и даже кое-что нашли. Правда, разочарованию не было предела: вместо золота и драгоценностей кладоискатели обнаружили сундуки с платьями. Одежда истлела и превратилась в труху…

- Через два года страна отметит 100-летие Октябрьской революции. Вы, как историк, представляете, каким должно быть празднество?

- Нам нужно уйти от эмоций, ни поливать все черной краской, ни выставлять все исключительно в розовом свете нельзя. История не одноцветная и не двухцветная, поэтому и рассматривать ее нужно с нескольких точек зрения.
«Рабочий путь» («малютка») от 12 сентября 1942 года:
«Пожаловал помещик…

Мы уже сообщали о новоявленных немецких помещиках, приехавших на земли совхозов «Анастасьино» и «Рожаново» и близлежащих к ним колхозов Смоленской области. Гитлеровцы возвращают бывшие поместья и русским помещикам, выслужившимся у Гитлера. Получено сообщение о прибытии из Германии в Гнездово бывшего помещика Васильева. Предатель, изменник, кровосос Васильев снова сел на шею гнездовских крестьян. Гитлеровские мерзавцы восстанавливают помещичий строй, против которого веками боролось русское крестьянство. Но наш крестьянин познал радость свободной жизни - без кулацко-помещичьей кабалы.

Уничтожать гитлеровских мерзавцев - вот один ответ, который крестьяне могут дать германской сволочи. В этом - спасение от кабалы».

Мария Демочкина
Рабочий путь
Подписывайтесь на наш Telegram, чтобы быть в курсе важных новостей Смоленска

Читайте также

Добавить комментарий

Войдите, чтобы комментировать или зарегистрируйтесь здесь